Главный вопрос родственников звучит практично: можно ли вызвать нарколога домой или нужно ехать в стационар. Ответ зависит не от удобства, а от риска. Домашний вывод из запоя подходит пациентам, которые находятся в сознании, ориентируются в месте и времени, дышат самостоятельно, не имеют судорог, выраженной спутанности, тяжёлой агрессии, признаков инсульта, инфаркта, желудочно-кишечного кровотечения, тяжёлой дыхательной недостаточности и не принимали опасные сочетания веществ. Стационар нужен, когда врач предполагает осложнённую отмену, тяжёлую интоксикацию, соматическую декомпенсацию или невозможность безопасного наблюдения дома.

Американское общество медицины зависимостей в «Критериях ASAM, четвёртое издание» описывает выбор уровня помощи через несколько измерений: интоксикация и отмена, физическое здоровье, психическое состояние, готовность к изменениям, риск рецидива и среда восстановления. Руководство ASAM, размещённое SAMHSA в 2024 году как карманный клинический ориентир по алкогольной отмене, подчёркивает, что клиницист должен оценивать тяжесть синдрома отмены и безопасность среды. Для московской семьи это переводится на простой язык: удобная квартира не делает домашний формат безопасным, если пациент дезориентирован, одинок, агрессивен, обезвожен или имеет тяжёлые болезни.

Почему домашняя капельница не всегда является безопасным решением

Капельница может быть частью помощи, но не должна становиться символом лечения. Emergency Care BC в клиническом обзоре острой алкогольной интоксикации 2024 года подчёркивает необходимость контроля дыхательных путей, дыхания, кровообращения и положения пациента при тяжёлой интоксикации. Национальный институт NIAAA в материале об алкогольной передозировке объясняет, что слишком быстрое употребление большого количества алкоголя может приводить к угнетению жизненно важных функций, включая дыхание, сердечный ритм и терморегуляцию. Если человек не просто «перепил», а засыпает так, что его невозможно разбудить, дышит редко, синеет, захлёбывается рвотой или принимал таблетки, нужна экстренная медицина.

NCBI Bookshelf в руководстве 2024 года по алкогольной отмене в стационаре указывает, что у госпитализированных пациентов с алкогольной зависимостью или высокорисковым употреблением примерно у части развиваются симптомы отмены, а тяжесть зависит от возраста, пола, характера употребления, прошлых эпизодов отмены и сопутствующих заболеваний. Обзор StatPearls 2024 года отмечает, что пациентам с алкогольной отменой часто нужны тиамин и фолаты из-за нутритивного дефицита, а электролиты, включая магний и фосфор, должны оцениваться и восполняться по показаниям. Это не значит, что каждому требуется одинаковый набор препаратов; это значит, что лечение должно подбираться после осмотра.

Критерии, при которых стационар предпочтительнее

1. Запой длится много дней, пациент истощён, не ест, многократно рвёт, быстро теряет жидкость или не может пить воду.
2. В анамнезе были судороги, белая горячка, тяжёлая отмена, психоз, госпитализация или попытки самостоятельного выхода с осложнениями.
3. Есть серьёзные болезни сердца, печени, почек, поджелудочной железы, сахарный диабет, эпилепсия, последствия инсульта или черепно-мозговой травмы.
4. Пациент пожилой, принимает много лекарств, смешивал алкоголь со снотворными, транквилизаторами, обезболивающими или наркотическими веществами.
5. Дома нет взрослого трезвого человека, который сможет наблюдать за состоянием, выполнять рекомендации и вызвать помощь при ухудшении.
6. Пациент агрессивен, дезориентирован, высказывает суицидальные мысли, слышит голоса, видит образы, не узнаёт близких или пытается уйти.

BMJ в клиническом обзоре 2026 года по ведению алкогольной отмены в общих стационарах подчёркивает, что лечение требует оценки эпидемиологии, проявлений, скрининга и фармакотерапии, а не механического назначения одной схемы. Annals of Emergency Medicine в обзоре 2024 года также описывает, что при алкогольной отмене врач должен различать лёгкие симптомы, судорожный риск и делирий. Поэтому стационар — не «страшная мера», а место, где есть круглосуточное наблюдение, возможность коррекции терапии и более быстрый переход к другим специалистам при осложнениях.

Страх публичности — одна из главных причин, по которой семьи откладывают обращение. Пациент боится осуждения, работы, соседей, постановки на учёт, разговора с родственниками и самой формулировки «нарколог». Врачебная позиция здесь должна быть ясной: зависимость и запой рассматриваются как медицинская проблема, а не как моральный приговор. Конфиденциальность нужна не только для комфорта, но и для качества диагностики: человек должен иметь возможность назвать реальные дозы, длительность употребления, сочетание с препаратами, провалы памяти, агрессию, галлюцинации или суицидальные мысли.

Врачебная тайна охватывает сам факт обращения, сведения о состоянии здоровья, диагнозе, обследовании и лечении. При этом врач не обещает невозможного: если есть непосредственная угроза жизни, тяжёлая дезориентация, насилие, невозможность дать согласие, судороги, передозировка или признаки острого соматического состояния, приоритетом становится безопасность. Такой подход совпадает с логикой ASAM: уровень помощи выбирают не по желанию скрыть проблему, а по тяжести интоксикации, отмены, соматического и психического риска.

Как проходит первый звонок

Первый звонок не является постановкой диагноза. Координатор уточняет, кто обращается, где находится пациент, в сознании ли он, дышит ли нормально, сколько дней длится запой, были ли судороги, галлюцинации, агрессия, травмы, сильная боль, рвота, кровь, приём таблеток или наркотических веществ. Если состояние похоже на экстренное, семье объясняют необходимость срочной помощи. Если признаков непосредственной угрозы нет, согласовывают выезд, амбулаторный приём или стационарную консультацию.

1. Уточняется состояние пациента: сознание, дыхание, ориентация, контактность, наличие судорог, травм, боли и психотических симптомов.
2. Фиксируется длительность запоя, время последнего употребления, характер алкоголя, опохмеление и попытки самостоятельно прекратить пить.
3. Выясняются лекарства и вещества: снотворные, транквилизаторы, обезболивающие, антидепрессанты, стимуляторы, опиоиды, неизвестные смеси.
4. Определяется предварительный маршрут: домашний выезд, стационар, очная консультация после стабилизации или экстренная медицинская помощь.

Что подготовить до приезда врача

Родственникам не нужно превращать дом в процедурный кабинет. Достаточно обеспечить доступ к пациенту, убрать алкоголь, подготовить список лекарств, документы при наличии, информацию о хронических болезнях, выписках, аллергиях и прошлых осложнениях. Нельзя насильно удерживать человека, смешивать препараты «для сна», давать неизвестные успокоительные, вливать воду при спутанности или пытаться резко «выключить» пациента домашними средствами. Если человек агрессивен, угрожает себе или окружающим, вопрос решается через безопасный медицинский и правовой маршрут.

• Подготовьте сведения о длительности запоя, примерном количестве алкоголя, последней дозе и предыдущих эпизодах отмены.
• Соберите упаковки лекарств, которые пациент принимал в последние дни, включая снотворные, обезболивающие и сердечные препараты.
• Сообщите врачу о хронических заболеваниях, аллергиях, диабете, эпилепсии, болезнях печени, сердца, почек, травмах головы.
• Обеспечьте присутствие трезвого взрослого родственника, который сможет услышать рекомендации и наблюдать за состоянием.
• Не спорьте с пациентом о морали, не угрожайте и не обещайте «последний шанс» в момент интоксикации или отмены.

Национальный институт NIDA в разделе о лечении 2025 года напоминает, что расстройства употребления веществ являются хроническими, лечимыми состояниями, затрагивающими мозг и поведение. Specialist Pharmacy Service в материале 2024 года о назначении тиамина при алкогольной зависимости подчёркивает роль внутримышечного и внутривенного тиамина в профилактике осложнений алкогольной зависимости, включая энцефалопатию Вернике. BAPEN в рекомендации 2024 года по тиамину при риске синдрома возобновления питания напоминает, что у истощённых пациентов потребность в тиамине возрастает. Frontiers in Neurology в обзоре 2025 года описывает энцефалопатию Вернике как тяжёлое неврологическое расстройство, связанное с дефицитом витамина B1, причём классическая триада симптомов встречается не всегда. Поэтому врач спрашивает о питании, шаткости походки, спутанности, движениях глаз и памяти.

Вывод из запоя состоит из нескольких этапов: оценка состояния, определение уровня риска, симптоматическая помощь, инфузионная терапия по показаниям, коррекция тревоги и сна, профилактика осложнений, рекомендации родственникам и план дальнейшего лечения. У разных пациентов эти этапы выглядят по-разному. Молодой человек после двухдневного эпизода употребления и пациент 62 лет после десятидневного запоя с гипертонией, аритмией и рвотой не должны получать одинаковый объём помощи. Универсальная капельница без диагностики создаёт иллюзию лечения и может пропустить опасное состояние.

Клинический обзор JAMA 2024 года по фармакотерапии алкогольного расстройства, обсуждая данные систематического анализа, поддерживает роль налтрексона и акампросата как препаратов первой линии при лечении алкогольного расстройства в сочетании с психосоциальными вмешательствами. JAMA Network Open в редакционном материале 2024 года подчёркивает, что одобренные препараты для лечения алкогольного расстройства используются недостаточно, хотя могут снижать риск возвращения к тяжёлому употреблению у части пациентов. Эти данные не относятся к «капельнице сегодня», но важны для маршрута после стабилизации: детоксикация убирает острый кризис, а лечение зависимости должно продолжаться.

Что врач делает на дому

На выезде врач оценивает внешний вид, контактность, ориентировку, частоту дыхания, пульс, артериальное давление, температуру, признаки обезвоживания, тремор, психомоторное возбуждение, рвоту, боль, травмы и безопасность дома. При необходимости проводится электрокардиографическая оценка, экспресс-оценка глюкозы, сатурации, уточняется лекарственный анамнез. Врач не обязан начинать инфузию, если видит признаки экстренного состояния; в этом случае медицински правильным решением будет перевод на более высокий уровень помощи.

Что происходит в стационаре

Стационарный вывод из запоя нужен, когда требуется круглосуточное наблюдение, повторная оценка симптомов отмены, контроль давления, пульса, дыхания, сна, питания, электролитов, функции печени, почек и сердца. В стационаре проще заметить переход тревоги и тремора в делирий, корректировать терапию, подключить терапевта, невролога, кардиолога, психиатра, провести обследования и не оставлять пациента одного в опасные часы. Пациенту не нужно бороться с доступностью алкоголя дома, а родственникам не нужно всю ночь сторожить дыхание, рвоту и психическое состояние.

NCBI Bookshelf в руководстве 2024 года подчёркивает, что при подозрении на энцефалопатию Вернике или синдром Корсакова требуется внутривенное введение тиамина, а у пациентов с алкогольным расстройством тиамин должен предшествовать растворам с глюкозой для профилактики острого дефицита. Это не инструкция для самостоятельного лечения, а пример того, почему врач оценивает питание, неврологический статус и риск дефицитов. Алкогольная отмена затрагивает не только нервную систему, но и обмен веществ, сердечно-сосудистую систему, печень, поджелудочную железу, кровь и психику.

С чем нельзя ограничиваться домашним ожиданием

Некоторые признаки требуют не записи на удобное время, а немедленной медицинской реакции. Если пациент потерял сознание, не реагирует на обращение, дышит редко или шумно, синеет, захлёбывается рвотой, перенёс судороги, жалуется на сильную боль в груди или животе, имеет слабость в руке или ноге, перекос лица, нарушение речи, чёрный стул, кровь в рвоте, выраженную спутанность, бред, галлюцинации, попытку суицида или агрессию с угрозой жизни, домашний вывод из запоя не является безопасным форматом. Нужна экстренная помощь.

• Не прекращайте длительный запой резко в одиночку, если ранее были судороги, делирий, тяжёлая отмена или смешанное употребление.
• Не давайте пациенту снотворные, транквилизаторы, обезболивающие и «сердечные капли» без назначения врача.
• Не пытайтесь «вывести потом», если у человека нарушено дыхание, сознание, речь, координация или есть признаки травмы.
• Не считайте капельницу лечением алкоголизма: после стабилизации нужна оценка зависимости и противорецидивный план.
• Не скрывайте от врача реальную длительность запоя, количество алкоголя, таблетки, наркотики, судороги, падения и психотические симптомы.

SAMHSA в национальном обследовании 2024 года показывает, что проблемы употребления часто сочетаются с психическими расстройствами и недополучением помощи. Национальный институт психического здоровья США в материалах о сочетании зависимостей и психических нарушений подчёркивает взаимное усиление депрессии, тревоги, травматического опыта и употребления. Поэтому после вывода из запоя врач обсуждает не только самочувствие на следующий день, но и лечение алкогольного расстройства, психотерапию, семейное участие и профилактику повторения.

Ожидаемый результат вывода из запоя — не мгновенная «новая жизнь», а медицинская стабилизация: уменьшение тошноты, тремора, тревоги, потливости, сердцебиения, восстановление возможности пить воду, спать, есть, говорить с врачом и принимать решения. При лёгком эпизоде облегчение может наступить в течение нескольких часов, но слабость, раздражительность, бессонница, перепады давления и тяга сохраняются дольше. При длительном запое восстановление занимает несколько суток и требует наблюдения. Чем тяжелее предшествующие эпизоды отмены, тем осторожнее прогноз.

Cleveland Clinic в материале 2024 года о синдроме алкогольной отмены описывает, что симптомы могут развиваться после прекращения или резкого снижения употребления у людей с длительным употреблением алкоголя. Обзор StatPearls 2024 года подчёркивает, что алкогольный делирий является самым тяжёлым проявлением отмены, а судороги могут возникать спустя часы после прекращения употребления. Поэтому врач часто предупреждает родственников: улучшение после первой процедуры не означает, что пациенту можно сразу оставаться одному, идти на работу, садиться за руль, принимать решения о деньгах или продолжать лечение самостоятельно.

Сроки, которые важно понимать

1. Первые часы после обращения нужны для оценки риска, купирования наиболее выраженных симптомов и решения вопроса о месте лечения.
2. Первые сутки после прекращения алкоголя требуют наблюдения за тремором, тревогой, давлением, пульсом, сном, рвотой и сознанием.
3. Вторые-третьи сутки опасны возможным усилением отмены, особенно при истории судорог, делирия и длительных запоев.
4. Первые 72 часа после стабилизации важны для профилактики повторного употребления, бессонницы, паники и семейного конфликта.
5. Первая неделя должна быть использована для консультации по лечению алкогольной зависимости, а не только для восстановления внешней работоспособности.

Типовые обезличенные сценарии

Сценарий первый: короткий запой без тяжёлых признаков. Пациент 35 лет пил двое суток, жалуется на тошноту, тревогу, потливость и бессонницу, но находится в сознании, ориентируется, судорог и галлюцинаций не было. Врач осматривает пациента, оценивает давление, пульс, дыхание, обезвоживание, лекарства, проводит помощь на дому по показаниям и оставляет рекомендации родственнику. Важная граница: если после процедуры усиливается спутанность, рвота, боль, дрожь или появляется страх с обманами восприятия, требуется повторная оценка.

Сценарий второй: длительный запой с факторами риска. Пациент 58 лет пил около недели, плохо ел, рвал, имеет гипертонию, аритмию, перенёс панкреатит, ночью видел «людей в комнате». Родственники хотят вызвать капельницу домой, но врач после опроса объясняет высокий риск осложнённой отмены и рекомендует стационар. Это не отказ от помощи, а правильная маршрутизация: дома невозможно безопасно контролировать весь спектр возможных осложнений.

Сценарий третий: запой на фоне таблеток. Пациент употреблял алкоголь и самостоятельно принимал снотворные, чтобы «уснуть и выйти». Он сонлив, дыхание замедлено, ответы односложные. В такой ситуации приоритетом становится исключение передозировки и угнетения дыхания. Обычная домашняя детоксикация может быть опасна; нужна неотложная оценка состояния и, при необходимости, госпитализация.

Сценарий четвёртый: родственники хотят помочь, пациент отрицает проблему. Человек пьёт третий день, конфликтует, но формально в сознании и отказывается от врача. Семье объясняют, что медицинская помощь в обычной ситуации требует согласия пациента, а принуждение и обман разрушают контакт. Родственникам дают тактику разговора: говорить коротко, без угроз, в период большей трезвости, предлагать осмотр как помощь от симптомов, а не как наказание за зависимость.

Где обещания быстрого результата не работают

Вывод из запоя не работает как волшебная процедура, если человек сразу возвращается к алкоголю, остаётся один без наблюдения, скрывает таблетки, имеет нераспознанную депрессию, переживает психоз, нуждается в стационаре или рассматривает помощь только как способ «быстро прийти в себя перед работой». Врач может снять часть острых симптомов, но не может одной процедурой отменить хроническое алкогольное расстройство, семейную созависимость, финансовые последствия, повреждение печени или психологические триггеры. Чем честнее пациент и семья принимают эту границу, тем выше шанс на устойчивый результат.

Национальный институт NIAAA в разделе о лечении алкоголя в США, обновлённом в 2026 году, показывает, что лишь часть взрослых с алкогольным расстройством получает специализированное лечение. Это хорошо объясняет клиническую проблему: многие пациенты обращаются только в момент запоя, но не доходят до терапии зависимости. Поэтому после детоксикации врач предлагает понятный следующий шаг: повторную консультацию, оценку тяги, сна и тревоги, противорецидивные препараты по показаниям, психотерапию, семейную работу, реабилитационные программы или кодирование после стабилизации, если оно действительно уместно.

Стоимость вывода из запоя зависит не только от названия пакета. На цену влияют срочность выезда, расстояние, длительность запоя, тяжесть симптомов, объём осмотра, необходимость электрокардиографической оценки, экспресс-контроля глюкозы и сатурации, количество инфузионных этапов, состав терапии, длительность наблюдения, повторный визит и необходимость стационара. Более дорогая программа не всегда означает «лучше»; правильная программа соответствует состоянию пациента. При лёгком эпизоде избыточный объём может быть не нужен, а при тяжёлом «самый дешёвый вызов» может оказаться недостаточным и небезопасным.

В конкурентной выдаче по Москве цены обычно подаются ступенями: выезд и консультация, базовая детоксикация, усиленная программа, двойная инфузия, интенсивная программа, стационарные сутки. Такая структура понятна пациенту, но врачебное решение должно оставаться первичным. Если по телефону обещают фиксированную цену без вопросов о сознании, дыхании, судорогах, лекарствах, боли, длительности запоя и прошлых осложнениях, это плохой признак. Без клинических вопросов невозможно честно выбрать ни объём помощи, ни место её оказания.

Из чего складывается стоимость

• Первичный осмотр: оценка жалоб, сознания, давления, пульса, дыхания, тремора, рвоты, обезвоживания, психического статуса.
• Срочность и формат: плановый визит, ночной выезд, помощь на дому, амбулаторный приём, стационарное наблюдение.
• Диагностика по показаниям: электрокардиографическая оценка, экспресс-показатели, уточнение лекарственного и соматического риска.
• Объём терапии: базовая, усиленная, двойная или интенсивная программа, необходимость повторного наблюдения.
• Безопасность после процедуры: рекомендации родственникам, повторная связь, контроль тревоги, сна, давления и риска повторного употребления.

Почему цена может измениться после осмотра

Иногда семья заказывает базовую программу, но врач на месте видит длительный запой, выраженное обезвоживание, высокий пульс, сильный тремор, бессонницу несколько суток, предшествующие судороги или признаки спутанности. В такой ситуации этично не «додавать услугу», а объяснить медицинский риск и предложить безопасный объём или стационар. Бывает и обратное: родственники хотят максимальную программу, но пациент стабилен, запой короткий, опасных признаков нет, и врач рекомендует меньший объём. Правильное ценообразование начинается с клинической необходимости, а не с тревоги семьи.

Управление ООН по наркотикам и преступности в «Всемирном докладе о наркотиках» 2025 года показывает, что в 2023 году около 316 млн человек в мире употребляли наркотики, не считая алкоголя и табака, а расстройства употребления остаются недолеченными. Европейское агентство по наркотикам EUDA в докладе 2025 года описывает рост сложности наркологической помощи из-за сочетанного употребления и новых веществ; в разделе о смертях от передозировок приводится минимальная оценка 7459 смертей в Европейском союзе за 2023 год. Эти данные включены здесь не потому, что вывод из алкогольного запоя равен лечению наркомании, а потому что врач обязан спрашивать о смешанном употреблении: алкоголь с таблетками или наркотическими веществами меняет и цену, и формат, и уровень риска.

Как понять, что цена прозрачна

1. До выезда вам объясняют, что окончательный объём зависит от осмотра и факторов риска.
2. В цену включены понятные элементы: визит врача, осмотр, базовая помощь, расходные материалы, рекомендации.
3. Дополнительные позиции называются до проведения, а не после процедуры.
4. Стационар обсуждается как медицинское решение, а не как способ увеличить чек.
5. Семье объясняют, какие симптомы требуют повторного обращения и какие действия оплачиваются отдельно.

Цена должна быть понятной, но медицина не должна превращаться в продажу «самой сильной капельницы». Если пациенту нужен стационар, домашняя программа не становится безопасной от того, что она дороже. Если пациент стабилен, не всегда нужна максимальная интенсивность. Профессиональная помощь отличается тем, что врач умеет сказать не только «можем сделать», но и «так делать нельзя», когда домашний формат угрожает пациенту.

Родственники часто оказываются между страхом, злостью, усталостью и желанием немедленно «решить всё». Важно понимать: в момент запоя человек может быть не способен к рациональному разговору, а давление, угрозы, обвинения и стыд усиливают сопротивление. Задача семьи — не спорить о характере, а организовать безопасность: оценить опасные признаки, вызвать врача, сообщить правду, убрать алкоголь, не давать неизвестных лекарств, обеспечить наблюдение и подготовить следующий шаг после стабилизации.

Памятка для семьи

• Говорите коротко и спокойно: «тебе плохо, врач посмотрит состояние и поможет снизить риск осложнений».
• Не обещайте, что «никто ничего не узнает», если есть угроза жизни; обещайте деликатность и медицинский подход.
• Не покупайте алкоголь «чтобы не трясло» без врачебного плана: это может продлить запой и отсрочить опасную отмену.
• Не вступайте в ночные разборы отношений; обсуждение лечения зависимости лучше проводить после стабилизации.
• Не оставляйте пациента одного в первые сутки, если врач рекомендовал наблюдение.
• Запишите изменения состояния: сон, давление при наличии тонометра, рвота, спутанность, тревога, дрожь, попытки выпить снова.

Как говорить после стабилизации

Когда острые симптомы уменьшаются, у семьи появляется соблазн либо забыть произошедшее, либо потребовать немедленных обещаний на всю жизнь. Оба варианта слабы. Лучше обсудить конкретный следующий шаг: консультация нарколога, оценка зависимости, выбор противорецидивного лечения, психотерапия, семейные правила, ограничение доступа к алкоголю, план на выходные, работа со сном и тревогой. Разговор должен быть не приговором, а договорённостью: что пациент делает в ближайшие 24 часа, 3 дня, неделю и месяц.

1. Сначала зафиксируйте медицинский факт: был запой, потребовалась помощь, есть риск повторения.
2. Затем обсудите ближайший шаг: повторный визит, обследование, психотерапия, кодирование по показаниям или стационарная программа.
3. Отделите поддержку от спасательства: родственник помогает организовать лечение, но не покрывает долги, ложь и продолжение употребления.
4. Согласуйте признаки тревоги: бессонница, сильная тяга, паника, дрожь, раздражительность, попытка купить алкоголь, обман.
5. Не ждите «дна»: повторный запой после детоксикации является основанием усилить план, а не доказательством безнадёжности.

Что не должна делать семья

Семья не должна назначать лекарства, смешивать седативные препараты с алкоголем, удерживать пациента силой без законных оснований, скрывать опасные симптомы, оплачивать бесконечные «последние бутылки», стыдить перед детьми, соседями и коллегами, пытаться лечить делирий разговорами или ждать, пока судороги пройдут сами. В алкогольной отмене есть состояния, где промедление опаснее конфликта. При угрозе жизни нужно выбирать медицинскую безопасность, а не идеальный семейный разговор.

Научная литература последних лет сходится в одном: зависимость лечится лучше, когда помощь непрерывна. ВОЗ в докладе 2024 года говорит о необходимости расширять лечение расстройств употребления веществ. SAMHSA в данных 2024 года показывает разрыв между потребностью и полученной помощью. NIDA в разделе о лечении 2025 года подчёркивает возможность восстановления при хронических расстройствах употребления. JAMA в 2024 году обсуждает доказательные препараты для алкогольного расстройства. ASAM в четвёртом издании критериев даёт модель выбора уровня помощи. Для родственников это означает: задача не в том, чтобы один раз вызвать врача и забыть, а в том, чтобы после вывода из запоя не потерять пациента из лечения.

Функциональный чек-лист перед вызовом врача

• Пациент в сознании и дышит нормально: да или нет.
• Были судороги, галлюцинации, бред, попытки суицида, сильная агрессия: да или нет.
• Есть боль в груди, животе, кровь в рвоте, чёрный стул, травма головы, признаки инсульта: да или нет.
• Запой длится: 1–2 дня, 3–5 дней, больше недели, больше двух недель.
• Есть хронические болезни: сердце, печень, почки, диабет, эпилепсия, панкреатит, психические расстройства.
• Принимались лекарства или вещества: снотворные, транквилизаторы, обезболивающие, стимуляторы, опиоиды, неизвестные смеси.
• Есть взрослый трезвый сопровождающий на ближайшие сутки: да или нет.

Если хотя бы один пункт относится к тяжёлым признакам, семье не следует торговаться с реальностью. Нужно прямо сообщить об этом медицинскому координатору или врачу, чтобы пациент получил правильный маршрут. Самая частая ошибка при запое — желание сделать проблему меньше, чем она есть. Самая правильная позиция — говорить правду и выбирать уровень помощи по риску.